У челнинки, пережившей блокаду в подростковом возрасте, есть что вспомнить и рассказать. К тому же память у нее до сих пор отменная на даты и события. Жизненный путь нашей землячки — это пример невероятной стойкости и мужества.

Есть в ее судьбе незабываемые страницы, связанные с северной столицей, и медали «За трудовую доблесть в 1941–1945 гг.», «Ветеран труда». В Ленинград семья Нины Антоновны переехала из Смоленской области в 1932 году, когда ее отца направили на политические курсы. На момент начала блокады девочке было десять лет. Отец с первого дня ушел на фронт, а мать работала в госпитале.

Их единственная дочь Нина осталась с бабушкой и прошла через все тяготы осажденного города: голод, холод, бомбардировки. Ветеран вспоминает, что блокаду они ощутили не сразу. Во-первых, слово «блокада» еще не звучало, но были постоянные бомбежки, обстрелы. На улицах из больших репродукторов постоянно звучали сообщения. И тогда сказали, что замкнулось кольцо вокруг Ленинграда, началась блокада. Их учили, как бороться с «зажигалками» (зажигательными бомбами), как выслеживать ракетчиков, лазутчиков, по сигналам которых немцы бросали снаряды. В 1941-м сидели по домам без света, воды, топлива.

Рассказывая о прошлом, Нина Антоновна не скрывает слез. Хлеба давали все меньше и меньше… Продуктов не стало, когда немцы разбомбили Бадаевские склады. Самый тяжелый год блокады для нее и для всех — это 1941-й — зима 1942-го. Потому что мороз был 40 градусов. Таких холодов ни до, ни после в Ленинграде не было. Воду носили с Невы, из каналов. Раз в неделю нас водили в баню.

Жизнь в блокадном городе постепенно становилась немного ближе к норме. Детей по квартирам собирали девушки-комсомолки: одних отправили в ясли, детсад или детдом, других эвакуировали. А Нина отказалась уезжать и с другими сверстниками жила в школе. Здесь в 1943-м они копали огороды, сажали овощи. В столовой главной едой была брюква: в супе — на первое, тушеная — на второе, даже сок из нее варили.

Памятным стал день снятия блокады. По радио 27 января 1944 года мы узнали о снятии блокады, — делится Нина Антоновна. — Нас собрали на митинг, и через Дворцовый мост мы пошли на Исаакиевскую площадь. Было очень холодно, метель. Но все были радостные, хотя и одновременно плакали, обнимались. После митинга на Дворцовой площади, на набережной, увидели салют. Это было что-то — даже ракеты пускали. В общем, это наш, ленинградский День Победы, самый дорогой праздник.

Несмотря на почтенный возраст, Нина Старкова остается жизнерадостной, любит общаться с гостями. Она свою жизнь посвятила любимой медицине и проработала в этой сфере около 40 лет. Я еще с 12 лет командовала пионерским отрядом и везде ходила с сумкой санинструктора на плече, — улыбается Нина Антоновна.

В Набережные Челны семья Старковых приехала в 1972 году. Муж работал главным энергетиком в тресте «КамГЭСэнергострой». Нина Антоновна вначале устроилась старшей медсестрой в детский сад, а затем, на протяжении 15 лет, была незаменимой в первой городской детской больнице.

В счастливом браке супруги воспитали троих детей. Сын Владимир тоже стал врачом. Сегодня Нину Антоновну согревает любовь и забота пятерых внуков и четверых правнуков. Они живут в Челнах, Москве, Санкт-Петербурге. Судьба преподнесла мне особый подарок — жизнь в Набережных Челнах, и это сейчас моя родина, к которой прикипела всей душой, — призналась бывшая блокадница. В этих словах — благодарность человека, знающего истинную цену жизни.

Для нее автоград стал не просто точкой на карте, а местом силы. Она здесь нашла свой дом и свое счастье.