Два выстрела из девяностых: что рассказала жена убитого коммерсанта на суде над лидерами «Хади Такташ»
В Казани прошел второй суд по делу о заказных расправах в «девяностых»:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8xMS9pbWctMjc1M19pUjc2Y3pNLmpwZw.webp)
В Казани прошло второе заседание с участием присяжных по делу группировки «Хади Такташ». Подсудимых обвиняют в двух заказных убийствах конца девяностых. Двое из них, Ринат Фархутдинов (Ринтик) и Радик Галиакберов (Раджа), уже отбывают пожизненные сроки, на суд их привезли из колоний. Корреспондент «Челны Live» был в зале.
В зал Фархутдинов пришел в медицинской маске, позже снял ее, но потребовал, чтобы его не снимали, и указал приставам на журналистов с фототехникой. Он советовал узнавать о ходе дела у прокуроров и на суды не ходить. Галиакберов, наоборот, сам шел на контакт с прессой. Он предлагал рассказать об ужасах «Харпы» и «Полярной совы», колоний для пожизненно осужденных, и уверял, что такого эксклюзива, кроме него, никто не даст. Самой же истории после громкой «рекламы» не последовало.
Четверть века до скамьи
Первое убийство следствие датирует 25 октября 1998 года. Сергея Кривошеева, владельца «Пражского клуба», застрелили в подъезде дома на улице Ибрагимова. Рядом были гражданская жена и годовалая дочь, одна из пуль задела девочку. Убийцу не нашли, дело годами числилось нераскрытым.
Второе убийство произошло 28 января 1999 года. Владельца ломбарда Олега Палутина застрелили у гаража на улице Серова: два выстрела в голову. Прокуратура Татарстана изложила версию случившегося так: летом и осенью 1998 года Рафаиль Хамдеев приревновал знакомую к Палутину и решил убить соперника, в связи с чем обратился к Вадиму Сошникову и пообещал три тысячи долларов, если тот поможет устранить конкурента. Сошников вышел на Ринтика, который, по версии обвинения, согласился участвовать. Сообщники выбрали место и время, изучили маршруты Палутина. Все трое обвиняются по пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство группой лиц по предварительному сговору, по найму). Исполнителем следствие назвало Анатолия Новицкого, штатного киллера группировки, впоследствии скончавшегося от болезни.
Дело 1999 года раскрыли через четверть века. СК Татарстана объявил об обвинении только в ноябре 2024 года. Тогда фигурировали двое обвиняемых и долг за автомобиль, позже версия изменилась: обвиняемых стало трое, мотивом назвали ревность. По данным «Вечерней Казани», помогло признание Ринтика: в июле 2024 года он сознался в организации убийства и назвал исполнителя. В суде он перекладывал вину: говорил, что лишь свел заказчика с исполнителем и передал оружие, но не знал, кто такой Палутин, а Хамдеев его «подставил».
Процесс шел с перебоями. В феврале 2026 года суд распустил первую коллегию присяжных, судья ушел в отставку, дело передали Дмитрию Игонину из Московского райсуда.
В конце июля СК закончил расследование убийства Кривошеева. По версии следствия, в 1998 году некий казанец, чье дело выделено отдельно, хотел забрать бизнес Кривошеева и пообещал лидеру «Хади Такташ» 50 тысяч долларов, а тот якобы за 100 тысяч рублей привлек двух участников группировки, один из них застрелил предпринимателя. Обвиняемые по этому делу — Галиакберов и Фархутдинов. Верховный суд Татарстана в 2002 году приговорил первого к пожизненному сроку за бандитизм, организацию преступного сообщества, убийства и мошенничество. По данным пресс-службы прокуратуры, Ринтик с обвинением согласен, Раджа все отрицает.
Галиакберов потребовал суда присяжных, суд удовлетворил ходатайство в августе, этап из «Полярной совы» занял несколько месяцев. По просьбе прокуратуры суд соединил оба дела. Отбор присяжных начался 2 ноября. В середине ноября Раджа впервые за 24 года оказался в казанском суде. Обвинение, по данным «Вечерней Казани», начало с эпизода Кривошеева.
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8xMS9pbWctMjc1Ml8xZmVtUGdQLmpwZw.webp)
Что прозвучало на заседании
Галиакберов начал с ходатайства: попросил перевести его из колонии на крайнем севере в другую, того же типа. Климат, по его словам, опасен для здоровья, он назвал гипертонию и хроническую венозную недостаточность и сослался на приказ Минздрава 2001 года о противопоказаниях. Судья отказал: место отбывания наказания он определять не вправе, жаловаться можно письменно. Прокурор напомнил, что подсудимые сами выбрали суд присяжных, и пригрозил удалением из зала за выступления перед присяжными не по делу.
Следом Раджа заявил, что все, что звучало на прошлом заседании, по его словам, «ерунда на постном масле», а присяжным создают нужный фон, а также сказал, что материалов дела не видел: подпись об ознакомлении с пятью томами поставил за час.
Адвокат Сошникова добился дополнительного допроса подзащитного: на прошлом заседании не работал микрофон. Прокурор назвал просьбу злоупотреблением правом. Судья разрешил лишь вопросы, которых прежде не задавали.
Сошников рассказал, что Хамдеев позвал его «разобраться» с Палутиным после ссоры из-за знакомой. Узнав, что Палутин владелец ломбарда с серьезными связями, Сошников отказался. Однако, согласно стороне обвинения, он сам вышел на Ринтика.
На вопрос прокурора, как он передавал просьбу Фархутдинову, Сошников ответил, что через 27 лет дословно пересказать это нереально.
Вдова Палутина задала ему вопрос, на который внятного ответа не получила. В пересказе Сошникова выходило, что ее муж домогался женщины, а сама она ударила эту женщину возле универсама.
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNi8xMS9pbWctMjc1OV9zbjcxd2ZrLmpwZw.webp)
Следом допросили «гражданскую» жену Кривошеева Ирину. По ее словам, в день трагедии они возвращались от родителей Сергея, он нес дочь. На лестнице за спиной хлопнула дверь, она обернулась и увидела бегущего с пистолетом. Выстрелы приняла за хлопушку.
Когда стрелявший поравнялся с ней, потерпевшая не смогла рассмотреть его детально: лицо было закрыто, видны только глаза. Она добежала до верхней площадки, стучала в двери, никто не открыл. Вернувшись, нашла избранника у лифта, он хрипел.
По ее словам, схватив дочь, она побежала в отдел полиции в соседнем подъезде с криком, что убили мужа. Вдова подчеркнула, что изначально, забрав ребенка из рук погибшего в подъезде, она не заметила кровь на руке девочки, однако позже выяснилось, что пуля задела малышку и содрала ей кожу на пальце.
Вторая половина показаний касалась денег. Ирина заявила, что за полгода до убийства рядом с Кривошеевым появился некий предприниматель. После убийства он вызвался оплатить похороны, забрал у нее долговые расписки на 150 тысяч долларов, пообещав поделиться, и взял клуб под контроль.
Ей, как она заявила, достались только три тысячи долларов. Галиакберов допытывался, кто кому был должен и зачем убивать ради клуба, который никому не гарантирован. Хамдеев вставил, что в его деле тоже есть деньги, но следователи объясняют убийство ревностью.
Заказчик по делу Кривошеева остается без имени, суд рассматривает тех, кто связал его с исполнителем.
:format(webp)/aHR0cHM6Ly94bi0tODBhaGNubGhzeGoueG4tLXAxYWkvbWVkaWEvbXVsdGltZWRpYS9tZWRpYWZpbGUvZmlsZS8yMDE2LzA1LzI3L19kc2M4NTgxLmpwZw.webp)
В конце заседания государственный обвинитель поднял вопрос о продлении меры пресечения Хамдееву и Сошникову еще на три месяца. Адвокат Сошникова выступил против ходатайства: по его словам, срок давности по инкриминируемому преступлению истек еще в 2014 году.
С продлением не согласились и Фархутдинов с Галиакберовым, которые отбывают пожизненные сроки. Раджа предложил суду «отпустить всех домой», так как, по его словам, «все равно обратно на заседание будут ходить».
:format(webp)/aHR0cHM6Ly94bi0tODBhaGNubGhzeGoueG4tLXAxYWkvbWVkaWEvbXVsdGltZWRpYS9tZWRpYWZpbGUvZmlsZS8yMDI2LzA5LzIxLzIwMjYwOTEwXzExMTkzNi5qcGc.webp)